Идея смерти

7% off your order

Use this code at checkout:

NOW7

Ангел смерти, которого в некоторых преданиях называют Самаэлем и с которым, как говорят, пришлось бороться даже Моисею, — это язык. Язык возвещает смерть — а что ещё он делает? Но именно это возвещение так затрудняет для нас умирание. С незапамятных времён, на протяжении всей истории человечества, люди боролись с этим ангелом, пытаясь вырвать у него тайну, о которой он лишь возвещает. Но из его детских рук можно вырвать лишь то самое возвещение, которое он и пришёл принести. Ангел не виноват в этом, и лишь те, кто понимает невинность языка, постигают также подлинный смысл возвещения и, возможно, учатся умирать.

Дж. Агамбен

В этом третьем коротком эссе, посвящённом Джорджо Агамбену, мысль итальянского философа обращена к бесконечному противостоянию человечества конечности или, точнее, к осознанию людьми собственной смертности — этому невыносимому знанию, которое постоянно, словно тень, сопровождает человека в приключении жизни. Здесь эта невыносимая мысль воплощена в образе ангела смерти, который не только связывает тему с религиозным пафосом и символизмом, но и раскрывает центральное противоречие эссе Агамбена — противоречие между языком и конечностью.

Ведь по-гречески «ангел» означает «вестник», что раскрывает мысль эссе: смерть невыносима как предмет размышления, поскольку её невозможно выразить словами, то есть рационализировать, представить или осмыслить в понятных рамках. Иными словами, для Агамбена конечность обозначает предел мысли, экзистенциальное событие, которое невозможно осмыслить понятийно. Границу, за которой язык не может пролить свет на то, что лежит в области неизвестного.

___________________________-

Читайте больше в этом блоге:

О любви

Приключение

___________________________

Однако именно эта невозможность выразить конечность, назвать её должным образом, нормализовать её и обнаруживает долг философии. Это долг стойкости, подразумевающий постоянную попытку размышлять о смерти, искать слова для опыта, лишённого образа и очертаний, которые могли бы провести мысль сквозь тьму

Именно здесь пронзительная поэтическая сила этой небольшой прозы раскрывается в полной мере. Обнажая катарсическую связь между языком и смертью, которая, как уже говорилось, заключается в способности осознавать пережитое (знать, называть) и столкновении с тем, перед чем знание и язык бессильны утешить, итальянский философ не только изысканно выражает хрупкость человеческого существования, но и обнажает отрицание и агрессию, которые так часто сопровождают размышления о конечности. И именно это отношение — склонность к жалости к себе, слишком человеческое искушение воспринимать смерть как наказание, как незаслуженное страдание — Агамбен пытается преодолеть своей мягкой, хотя и сложной и торжественной прозой.

Однако экзистенциальное решение, которое он принимает, даётся нелегко. «Идея смерти» не опирается на поверхностное утешение и не пытается перечислить многочисленные светлые стороны жизни, чтобы донести идею бессмысленного позитива. Ставка Агамбена — выдержать пределы собственной воли, мужества и языка. Но речь не о стойкости в надежде получить что-то взамен. Это безмолвная стойкость, немая сила духа, которая поначалу может показаться отречением перед лицом невыносимого. Но на самом деле всё наоборот.

Безмолвная стойкость Агамбена, блестяще выраженная фразой те, кто понимает невинность языка, — его несостоятельность перед лицом смерти, его немота на пороге понимания, — это мощное утверждение жизни, посвящённой стремлению поступать справедливо и заботиться о самой жизни, какой бы тяжёлой, невыносимой и жестокой она ни была. Поэтому для Агамбена научиться умирать — значит усвоить урок смирения, научиться заботиться о том, что нельзя назвать и понять, а можно лишь стойко переносить в мягком молчании.

Автор: Яким Петров

Яким Петров - автор блога Pulvis Art Urns